Бунт подмосковного парламента, отказавшегося утвердить границы расширенной Москвы, — лишь видимая часть «движения сопротивления»

В минувшее воскресенье население Москвы увеличилось сразу на 230 тысяч жителей. И дело вовсе не в «понаехавших тут». Поехала сама Первопрестольная: 1 июля вступило в силу «Соглашение об изменении границы между субъектами РФ городом Москвой и Московской областью». Спустя год после того, как Дмитрий Медведев предложил рассмотреть вопрос о расширении границ Москвы и переносе «за эти границы значительной доли административных функций федерального уровня». Срок фантастически короткий для столь эпохального проекта. Однако легкость, с которой были приняты политические решения, оказалась обманчивой. Стоило автору идеи покинуть Кремль, как былой консенсус начал разваливаться. Отказ Мособлдумы утвердить поправки в устав региона в связи с изменением его границ — лишь видимая часть набирающего силу «движения сопротивления».


Партизаны не сдаются
21 июня 2012 года парламент Подмосковья, по сути, объявил войну медведевскому проекту расширения Москвы. Конечно, нежелание областных депутатов вносить поправки в устав региона, сокращающие его территорию, сильно напоминают размахивание кулаками после драки. Главная-то битва давно проиграна: 7 декабря прошлого года дума безропотно утвердила соглашение об изменении границы. Нынешний демарш — это, если описывать в военных терминах, партизанская вылазка в глубоком тылу врага. Однако, как известно из истории, партизанская война может стоить оккупантам даже большей крови, чем официально прочерченная линия фронта.

По официальной версии мособлдумского («единороссовского», естественно) большинства, озвученной председателем заксобрания Игорем Брынцаловым, отклоненные поправки сугубо технические, никак не влияющие на передачу Москве 148 тысяч гектаров подмосковной земли. Спикеру вторит полпред областного правительства в региональном парламенте Михаил Андреев: «Депутаты всего лишь обсуждали проект новой редакции 23-й статьи устава, в которой дается определение понятия «граница Московской области»». Совсем иную интерпретацию предложил в интервью «Итогам» зампредседателя Мособлдумы, руководитель фракции КПРФ Константин Черемисов: «Наша задача — отстаивать интересы жителей Подмосковья. Без волеизъявления народа, без референдума такие решения приниматься не должны. А поскольку пошли другим путем, путем административного продавливания, мы считаем соглашение об изменении границы нелегитимным».

На доводы о техническом характере проваленного законопроекта Черемисов резонно возражает: «Тогда не было бы такой бурной реакции». Сам он не готов дать правовую оценку сложившейся коллизии, однако «разговаривал с компетентными людьми», по мнению которых отказ Мособлдумы закреплять новые границы в уставе чреват «определенными юридическими последствиями, вплоть до пересмотра соглашения».

Но даже если депутатская фронда не будет иметь видимых юридических последствий, остаются еще последствия политические. Согласие, как говорил один литературный персонаж, есть продукт при полном непротивлении сторон, а нынешняя ситуация явно не подходит под это определение. Вряд ли архитекторы Большой Москвы мечтают о том, чтобы принятые ими решения воспринимались как пакт Молотова — Риббентропа.

Для справки: коммунисты голосовали против и 7 декабря, когда принималось соглашение, но тогда оппозиция ничего не решала. После перевыборов соотношение сил существенно изменилось: «Единая Россия» осталась в большинстве, но уже отнюдь не в подавляющем. За поправки в устав проголосовал 21 депутат из 50. Все — представители фракции «ЕР». Противников, правда, еще меньше — 19, но корректировка областной конституции требует не менее двух третей депутатского корпуса.

Однако голосование вряд ли можно рассматривать как противостояние партии власти и оппозиции. Примечательно, что за голосовали далеко не все «единороссы»: общая численность фракции — 29 человек. Более того, как утверждает Черемисов, «пара человек из «Единой России» голосовала вместе с нами». То есть «Справедливая Россия» и ЛДПР, так же, как КПРФ, — против суживающих область поправок. Руководитель фракции объясняет это эффективностью агитационной работы: «Мы мотивированно объяснили нашим коллегам смысл происходящего, то, какими потерями грозит нам изменение границ». Но понятно, что одного лишь ораторского искусства в наш прагматичный век для смены убеждений недостаточно. Судя по всему, и в этом случае мы имеем дело не столько с принципами, сколько с конъюнктурой. Насколько изменился за последние два месяца политический контекст проекта «Большая Москва», видно, что называется, невооруженным глазом.

Начнем с Подмосковья: новый губернатор области Сергей Шойгу сразу после утверждения в должности дал понять, что сделка, заключенная его предшественником с Москвой и федеральным центром, ему не по душе. Причем чем дальше, тем недовольство звучит все более громко. Сам он откровенно назвал обуревающее его чувство раздражением. Одна из главных его причин — финансовые потери области. По словам губернатора, один лишь прописанный на отходящих к Москве территориях «Межрегионгаз» давал в областной бюджет 20 миллиардов рублей в год. Общий же годовой ущерб составляет по оценке губернатора не менее 34 миллиардов.

Примерно те же цифры называют и в Мособлдуме. Кстати, по словам Константина Черемисова, по вопросу расширения Москвы губернатор полностью солидарен с думской оппозицией. Об этом руководитель фракции знает не понаслышке. Во время недавней встречи с губернатором, рассказывает Черемисов, депутаты поставили вопрос ребром: «Мы сказали: «Сергей Кужугетович, пожалуйста, пообщайтесь с президентом, объясните, что решение было принято не по закону. И губернатор с нами согласился, пообещал, что сделает все возможное, чтобы вопрос решился цивилизованным образом». К цивилизации, по версии подмосковных депутатов-патриотов, ведут два пути. Либо Москва возвращает области «нелегитимно» отторгнутые земли (или как минимум какую-то их часть). Либо платит за оттяпанное достойную компенсацию. Словом, спор по большому счету идет о том, на какую сумму должен раскошелиться федеральный центр — именно ему предъявляются претензии. По расчетам мособлдумцев, переговоры между Шойгу и Путиным должны были пройти во время Петербургского международного экономического форума. И вряд ли можно считать случайным, что скандальное голосование состоялось аккурат в первый день работы ПМЭФ.

Разумеется, нет никаких оснований утверждать, что провал голосования был организован губернатором. Но, согласитесь, нынешний устав области, не признающий факта расширения Москвы, серьезно усиливает переговорную позицию главы региона. Правда, по информации на конец минувшей недели, высокие договаривающиеся стороны еще не пришли к компромиссу. Но это значит лишь, что борьба будет продолжена. «Если области вновь ничего не будет предложено взамен, мы вновь проголосуем против, — заверяет Константин Черемисов. — Если они решили идти по этому пути, мы тоже пойдем до конца своим путем».


Дорогая столица
Кто-то видит в этом обычный политический торг. Но это только часть правды. Торг — да, несомненно. Обычным, однако, его вряд ли можно назвать. Почему-то никакой торговли не шло с июля по декабрь прошлого года, когда соглашение, подписанное мэром Москвы и бывшим губернатором Громовым, с легкостью проходило один этап легитимации за другим. С формальной точки зрения, возможностей торпедировать пакт и, соответственно, добиться более выгодных для области условий тогда было несравнимо больше. Но происходило нечто прямо противоположное. От области отрезались все новые куски, и экс-губернатору и его соратникам в Мособлдуме стоило все больших трудов объяснять общественности, чем полезен региону этот безвозмездный отъем территорий и налогооблагаемой базы.

Нетрудно заметить, что разворот тренда совпал со сменой вахты в Кремле. Собственно, следствием этих перемен является и назначение Сергея Шойгу. Замена «непротивленца» Бориса Громова на политического тяжеловеса с репутацией правдоруба, да к тому же в момент, когда в процессе расширения еще не поставлена точка, — логику этого решения невозможно понять, если считать, что проект «Большая Москва» находится в приоритетах Кремля. Конечно, при всей своей независимости Сергей Кужугетович политик адекватный и договороспособный. Но это лишь подтверждает тезис: игра, которую ведет новый губернатор, как минимум не вызывает возражений в Кремле.

Большая московская перекройка, смысл которой непонятен абсолютному большинству населения, не тот оселок, на котором Владимир Путин может заработать политические очки. Минусы проекта налицо: умопомрачительные расходы, политические скандалы, протесты местных жителей, архитекторов, экологов (см. «Историю Химкинского леса»), инвесторов, успевших вложиться в присоединенную к Москве землю… Наконец, более чем вероятная административная неразбериха. Если два переезда отдельно взятой семьи приравниваются к одному пожару, то переселение всех органов власти вместе взятых сопоставимо с революцией. Последний раз, кстати, столица у нас переезжала в бурном 1918 году. Но в том мероприятии была хоть какая-то логика: штаб-квартира мировой революции не могла находиться в опасной близости от границы враждебного мира капитала. А каковы плюсы нынешнего проекта?

Нет, таковые тоже, конечно, имеются. Но, во-первых, они далеко не так очевидны. Скажем, у многих экспертов есть большие сомнения, что расселение федеральных чиновников по многочисленным окрестным административным деревням решит проблему московских пробок. Как бы, наоборот, не усугубило. А во-вторых, в среднесрочной перспективе издержки в любом случае значительно превосходят дивиденды. Хватит ли у нынешнего руководства страны терпения для сверхдлинной дистанции? Не факт. Не та нынче политическая — да и экономическая — конъюнктура, чтобы пренебрегать прирученной синицей ради дикого журавля.

Однако демонстративное дезавуирование проекта тоже чревато рисками. Это больно ударило бы по авторитету Медведева, а в конечном счете и по самому Путину. Возможно, проект трансформируется в какой-то компромиссный формат. Куда более логичным и несравнимо менее болезненным решением было бы, например, слияние двух регионов. Кстати, информация к размышлению: спикер Мосгордумы и губернатор Подмосковья практически синхронно высказались на днях о пользе объединения. Пора, мол, начинать обсуждение вопроса. Однако для того чтобы начать новую главу в истории Москвы и Подмосковья, нужно сначала закончить старую. Пожалуй, оптимальный для Кремля вариант — просто-напросто не препятствовать разрастанию «движения сопротивления», дожидаясь, когда оно обретет такие масштабы, которые власть не заметить не сможет.

Судя по целому ряду признаков, ждать этого осталось не так уж долго. Переезжать в «новую Москву», как в один голос уверяют инсайдеры, не горят желанием ни Дума, ни Совет Федерации, ни администрация президента, ни какое-либо из федеральных министерств и ведомств. Осталось дождаться, когда самый отважный из слуг народа открыто признает очевидное: Москва — не резиновая.

Рубрика: Новости Подмосковья

RSSКомментарии (0)

Trackback URL

Оставить комментарий