Ради сохранения исторического центра городские власти уже расторгли инвестконтракты на строительство 2 млн квадратных метров

С приходом нового руководства в Москве стала меняться градостроительная политика в отношении исторического центра. Власть признала: хватит здесь ломать и строить. Сохранение центра — одна из приоритетных городских задач. Как она решается — рассказал на "Деловом завтраке" в "РГ" министр правительства Москвы, руководитель департамента культурного наследия Александр Кибовский.


Тут мог быть Тадж-Махал

Александр Владимирович, старая Москва за 15-20 лет обросла новостройками, как ракушками. Иногда — уродливыми. Город теряет лицо. Как это остановить?

Александр Кибовский: К сожалению, при прежнем правительстве города весь центр превратился в полигон для амбициозных строительных проектов. Сейчас внутри Садового кольца насчитывается 7272 здания. Из них 5375 построено до 1917 года, в советское время прибавилось 1048 зданий, а вот с 1991 по 2010 год наблюдался беспримерный строительный бум: возведено 849 новостроек. И еще планировалось 280 объектов, к счастью, не реализованных. То есть за 15 последних лет строилось больше, чем за весь советский период. Хотя почти вся территория внутри Садового кольца — это охранная зона, где вообще запрещено строительство — возможна только регенерация, то есть восстановление утраченной исторической среды. А посмотрите на новомодные кварталы!..


Теперь будет по-другому?

Александр Кибовский: Впервые в Москве принята полноценная стратегия на пять лет. Чтобы защитить памятники, утверждены 1473 территории всех охраняемых зданий, строений и сооружений. Такую работу не проводил ни один регион. И только в Москве, начиная с прошлого года, все градостроительные регламенты (они определяют, что можно и что нельзя) стали разрабатываться за счет города и в его интересах. Раньше это делалось на деньги инвесторов. А кто платит, тот и музыку заказывает. Построят торговый или деловой центр, тут же возникает стихийная парковка — в результате улица встала, жители негодуют. Теперь решено утверждать регламенты системно и пакетом, проанализировав все последствия.


Значит ли это, что в центре больше не будет строек?

Александр Кибовский: Уже разработаны режимы использования земель и градостроительные регламенты на все 128 кварталов внутри Бульварного кольца. Здесь ничего строить не нужно, максимум — провести ремонт и реконструкцию существующих объектов, навести порядок внутри кварталов. Но, как выяснилось, на 55 участков ранее заключены инвестконтракты, то есть практически в каждом втором квартале была санкционирована стройка.


Сколько договоров уже расторгнуто?

Александр Кибовский: Только за прошлый год правительством Москвы прекращены контракты на строительство более 2 млн кв. метров. Можете представить, что стало бы с городом, если бы весь этот объем "сел на плечи" и без того плотной застройке? Процесс расторжения контрактов очень непростой. Каждый инвестор пытается всеми силами отстоять "свое кровное", тем более что у многих оформлены все юридические документы. Мы живем в правовом государстве, и махать шашкой, как это хочется некоторым горячим головам, не имеем права. Исправление чужой градостроительной ошибки может стоить сегодня городскому бюджету миллиарды рублей. Поэтому идет очень непростой диалог с инвесторами, поиск компромиссов.


Каких новостроек удалось избежать?

Александр Кибовский: Среди проектов, к счастью, оставшихся на бумаге, были и весьма экзотические — вроде подобия индийского Тадж-Махала в самом центре Москвы. Лично для меня важно принципиальное решение по территории бывшей гостиницы "Россия", где вместо квартала элитных зданий "с видом на Кремль" будет парковая зона. Наконец, мы сможем увидеть во всей красе храмы Зарядья, тектонику Английского подворья, палаты Романовых. В том же ключе мэром принято решение и по Хитровке…

В этом году мы разработаем режимы и регламенты по 281 кварталу между Бульварным и Садовым кольцами, на будущий год — Лефортово, Таганка, дальше — Хамовники, Красная Пресня…


Пусть эксперты скажут

Центр Москвы пережил не только интенсивную застройку, но и активную "расчистку". Сколько всего зданий было снесено?

Александр Кибовский: За 15 лет комиссией, которая рассматривала вопросы сохранения зданий в исторически сложившихся районах, принято 3295 решений о сносе и 695 "отказных". Поэтому ее и окрестили "сносной". Что она действовала в интересах инвесторов, можно сделать вывод по ежегодным показателям: количество "сносных" решений резко возрастало в годы экономического роста и падало при кризисах.

Споры возникают вокруг зданий, не поставленных под охрану. Некоторые объекты ждали решения своей судьбы по 20 лет. Тем временем их ломали, поджигали

Я не говорю, что все три с лишним тысячи зданий были уникальными и ценными. Но мы должны защищать и историческую среду. Памятник, как драгоценный камень, без оправы не играет. Если красивую старинную усадьбу зажать с двух сторон бетонно-гранитными новостройками, она потеряет вид.


Почему всякий раз, когда кто-то покушается на старое здание, возникают споры: памятник — не памятник?.. Разве это не очевидно? Так было c Круговым депо Николаевской железной дороги, домом причта в Кадашах — да сотни таких примеров…

Александр Кибовский: Споры возникают вокруг зданий, не поставленных под охрану. В Москве есть 1807 выявленных объектов культурного наследия. По закону в течение года положено провести экспертизу и решить, ставить дом под охрану или нет. А некоторые объекты ждали решения своей судьбы по 20 лет. Тем временем их ломали, поджигали. Кроме "выявленных" есть и такая категория, как "заявленные" объекты — их у нас 886. То есть москвичи написали заявление, что считают дом ценным. В этом случае они должны представить государственную историко-культурную экспертизу здания. Так в законе. Но свои деньги никто тратить не хочет. Отсюда и неопределенность, вызывающая споры.


Как в них поставить точку?

Александр Кибовский: Чтобы выйти из сложившегося тупика, для оплаты экспертов сейчас выделены бюджетные средства. Это позволит нам в ближайшие два года разобраться со всеми выявленными и заявленными объектами и покончить с многолетней неразберихой. Эти вопросы рассматриваются специальной комиссией, созданной в прошлом году при правительстве Москвы. Уже приняты решения о постановке на охрану "Дома-самолета" на Фрунзенской набережной, "Расстрельного дома" на Никольской улице, Дома Быкова на 2-й Брестской улице и других объектов. А вот новодел — гостиницу "Москву" — эксперты, наоборот, решили снять с охраны.


Стимул для филантропов

На 25 апреля назначен аукцион по аренде, на который выставлены три объекта культурного наследия. На каких условиях они достанутся выигравшим участникам торгов?

Александр Кибовский: Впервые аукцион пройдет по новым правилам, принятым правительством Москвы в январе этого года. Арендатор за свой счет должен в течение 5 лет отреставрировать памятник, который находится в плохом состоянии, после чего вправе получить его в пользование на 44 года за символическую плату — 1 рубль за квадратный метр в год. Среди зданий, выставленных на аукцион, например, городская усадьба Морозовых, конец XVIII — начало XIX века, на Николоямской улице.


Не боитесь, что попадется недобросовестный арендатор: надстроит, как это модно теперь, мансарду или пару этажей — и прощай, памятник? Ведь такие случаи уже были, например, с той же исторической усадьбой на Таганке.

Александр Кибовский: Новый механизм минимизирует такой риск. Если даже на торгах выиграет какой-нибудь спекулянт — что ему дальше делать с этой усадьбой? Нажиться на субаренде за счет городского имущества он не сможет. В охранном обязательстве установлен четкий график выполнения реставрационных работ. Если, допустим, за два года не сделано проектирование, договор с арендатором расторгается. Все реставрационные работы должны вестись по установленным правилам, а минимальную арендную ставку пользователь получит лишь при условии подтверждения нами их качества. Выполнил реставрацию быстрее — молодец, получай льготу прямо с момента подписания акта.


Вряд ли это выгодно городу?

Александр Кибовский: В данном случае задача городских властей — не заработать на аренде, а привлечь добросовестных инвесторов, которые восстановят памятники. До сих пор у них никакого стимула не было. За научную реставрацию инвесторы брались только из филантропии. Вот приехал из Европы Кристофер Муравьев-Апостол — потомок декабриста, восстановил фамильный дом на Старой Басманной и открыл в нем музей. Но затратив около 12 млн долларов, он все 10 лет платит коммерческую аренду!

Уже 19 организаций проявили интерес к таким аукционам. Один инвестор даже прислал банковское подтверждение, что готов вложить в реставрацию три млрд рублей.


Смогут ли арендаторы распоряжаться отреставрированными зданиями по своему усмотрению?

Александр Кибовский: В лотовой документации определяется будущее назначение зданий. Например, не приветствуется размещение в центре офисов или торговли — это дополнительные нагрузки на городскую инфраструктуру. Зато под социальный объект, например, частный музей или арт-галерею, — пожалуйста. Для меня, например, было неожиданностью, когда серьезный инвестор заявил: мне нужно помещение под детскую студию.


Дом-коммуна и другие

Городские власти обещают предоставлять ТСЖ субсидии на ремонт жилых домов-памятников. Как это будет на практике?

Александр Кибовский: Всего в Москве 112 жилых объектов культурного наследия, находящихся в неудовлетворительном состоянии, и еще 16 — в аварийном. До сих пор в положении о субсидиях на ремонт было оговорено: кроме памятников. Это объяснялось тем, что стоимость работ в старинных зданиях может превышать стандартные расценки. В результате жители таких домов, в основном коренные москвичи, оказывались в неравном положении. Сейчас нами подготовлены поправки, по которым у ТСЖ появится возможность получать субсидии и на такие дома. Новый порядок заработает со следующего года.

Восемь активных ТСЖ уже захотели участвовать в ремонте своих домов по такой схеме. Городские субсидии предназначены на проведение работ, которые можно провести без отселения жильцов. Это фасады, кровельные работы, коммуникации. Хотя по Жилищному кодексу каждый собственник должен нести бремя содержания своего имущества и вкладывать свои средства. А вот об этом у нас как-то забывают.


Коней распрягли

В сентябре будем праздновать 200-летие Победы над Наполеоном, а за Триумфальную арку только взялись. Успеете ли отреставрировать к юбилею?

Александр Кибовский: Конечно, сроки жесткие. К сожалению, много времени упущено. Причиной был бесконечный спор между Москвой и федеральными властями по поводу дележа памятников. Прямо по Чехову: чьи Воловьи лужки? Триумфальная арка считалась памятником федерального значения. Сначала бывший мэр согласился реставрировать ее за счет города, потом отказался. Дело сдвинулось с места только с приходом Сергея Собянина.

Работа предстоит колоссальная. С 1968 года не было ни одного капремонта: только латали да покрывали бесконечными слоями кузбасслака. В результате чугунные фигуры разъела коррозия, начался самораспад металла — дыры, разгерметизация швов. Пришлось демонтировать колесницу и статую Победы — девушки с венком. Да и на самой арке кровля сгнила. Реставраторам придется работать на высоте, со страховками. Но 8 сентября Триумфальную арку откроем обязательно.


А что с другими памятниками, связанными с Отечественной войной 1812 года?

Александр Кибовский: В прошлом году мы отреставрировали памятники великим полководцам — Михаилу Кутузову возле "Бородинской панорамы" и Петру Багратиону на Кутузовском проспекте. Воссоздана "Кутузовская изба", где в сентябре 1812 года состоялся знаменитый военный совет, а также каретный сарай, где хранился походный экипаж Кутузова. Уже приведены в порядок 57 захоронений участников Отечественной войны, включая надгробие знаменитого партизана Дениса Давыдова в Новодевичьем монастыре. К юбилею все эти памятники будут иметь достойный вид.


Цифра
120 тыс. москвичей станут в этом году участниками проекта "Выход в город" — цикла бесплатных авторских экскурсий с посещением памятников.

Рубрика: Новости Москва

RSSКомментарии (0)

Trackback URL

Оставить комментарий